Сценическая жизнь Л. Вершининой продолжалась в двух обличьях, острохарактерная линия ролей, доведенная до высот обобщения в Мамаше Кураж, Анне Андреевне, и лирико-драматическая с массой напряженных психологических поворотов. Сплав лирики и драмы был присущ работам актрисы в спектаклях по пьесам А. Дударева «Порог» и «Вечер», притче А. Кудрявцева «Иван и Мадонна» и драме А. Ставицкого «Улица Шолом-Алей-хема, 40». Все вышеназванные постановки продолжали воплощение главной темы творчества актрисы. Несмотря на драматичность жизненных коллизий, описанных А. Дударевым, А. Кудрявцевым и А. Ставицким, актриса рассказывала в них о любви. Она по-прежнему воспевала нежное, доброе, отзывчивое женское сердце. С годами ее героини изменялись. Над ними шумели войны и революции, неслись стремительным потоком десятилетия, наполненные трудом, заботами, поисками. Но одно в них было неизменно - горячая, заинтересованная, все-понимающая душа. Она откликалась на чужую боль и радость как на свою собственную.

Удивительной жизненной силой обладали ее Марья в «Иване и Мадонне» и Ганна в «Вечере». Кажется, нет конца терпению Марьи. Все прошла она со своим непутевым, беспокойным правдоискателем Иваном. Верно и преданно ждала, пока он воевал с фашистами. Верно и преданно ждет Марья и сегодня возвращения Ивана из города из военкомата накануне праздника Победы. Она всем сердцем любит мужа, знает его добрый и несговорчивый нрав, его неприятие мира чистогана и наживы. Мягкими, легкими, какими-то совсем неслышными шагами передвигалась Марья-Вершинина по дому. Она была какая-то тихая, уютная, славная. Воплощала лучшие черты вековечной жены, что за мужем, как ниточка за иголочкой.